В 1993 году один телефонный звонок разделил жизнь актера Бориса Клюева на до и после. На другом конце провода была бывшая жена. Она сообщила, что их общего сына Алексея больше нет — парень уснул и не проснулся всего за месяц до своего 23-летия. Самым тяжелым для отца стало то, что трагедия случилась еще месяц назад, но всё это время от него скрывали правду.
Разговор через годы молчания
Когда Борис Клюев уходил из первой семьи, бывшая супруга поставила жесткое условие: никакого общения с сыном, пока тот не вырастет. Актер подчинился этой воле. Он надеялся восстановить связь позже, но не успел. Новость о смерти единственного сына оставила тяжелый вопрос: почему его лишили даже возможности проводить Алексея в последний путь?
За несколько дней до звонка подруга бывшей жены Клюева спросила у нее в гостях, знает ли отец о случившемся. Хозяйка ответила, что нет. В ту же секунду портрет Алексея сорвался со стены, а стекло рамы раскололось пополам. Именно после этого женщина решила разыскать номер актера.
Они планировали встретиться на следующий день, чтобы вместе поехать на кладбище. Но утром Борис Клюев понял, что физически не сможет увидеть человека, который целый месяц скрывал от него смерть ребенка. Эта рана так и не затянулась.
Уличная школа на Спиридоновке
Борис Клюев родился 13 июля 1944 года. Своего отца, актера Владимира Клюева, он почти не помнил. Тот прошел войну в ополчении работников искусств и умер от болезни сердца, когда сыну было всего четыре года. В памяти Бориса остался лишь силуэт отца на кровати в тесной трехметровой комнате.
Мать, Валентина Семёновна, овдовела в 29 лет. Она работала бухгалтером сразу в трех местах, чтобы прокормить семью, и больше не вышла замуж. Маленький Борис ревностно оберегал мать, встречая любого потенциального отчима угрюмым молчанием. Из-за постоянной занятости мамы мальчика воспитывала улица.
Патриаршие пруды пятидесятых годов были суровым местом. Подросток забросил учебу, остался на второй год в шестом классе и регулярно участвовал в массовых драках. Материнские наказания проводом от утюга не помогали.
Один случай едва не привел его на скамью подсудимых. Во время уличной суматохи у памятника Тимирязеву приятель выхватил сумку у прохожей и бросил ее в толпу. Она летела прямо в руки Клюеву, но в последний момент ее перехватил другой подросток. Того парня поймали и отправили в колонию на год, а Борис остался на свободе благодаря случайности.
Спасением стал школьный театр. Бабушка его одноклассницы (дочери писателя Константина Симонова и актрисы Валентины Серовой), профессиональная актриса Клавдия Половикова, ставила спектакль и искала исполнителя на роль Люциуса. Ей нужен был парень с дерзким взглядом и плохой репутацией. Клюев подошел идеально.
Сцена увлекла его сильнее дворовых приключений. После премьеры отношение сверстников изменилось: в школьной столовой Бориса начали уважительно пропускать без очереди. Оказалось, что признание можно завоевать не только кулаками.
Обещание самому себе и первые победы
Несмотря на первый успех, Клюев долго боролся с комплексами. В зеркале он видел долговязого, нескладного юношу с крупным носом. Чтобы исправить осанку, он записался на классическую борьбу и подрабатывал разгрузкой угля и дров. Физический труд принес плоды: сутулость исчезла, тело окрепло, а черты лица приобрели характерную мужественность.
Семья жила бедно. Борис стеснялся перешитой из солдатской гимнастерки куртки и штопаных брюк. Тогда он дал себе твердое обещание: обязательно добиться богатства, славы и возможности носить дорогую одежду.
Когда его приглашали на праздники, денег на подарки не было. Юноша шел на Новодевичье кладбище и аккуратно срезал там свежие розы, удивляя родителей именинников изысканными манерами. Первые честные деньги он заработал в 16 лет на стройке — два месяца копал котлованы, таскал цемент, а всю зарплату отдал матери.
Путь в Щепкинское училище оказался непростым. Сначала Клюева отчислили за пропуск занятий из-за поездки на уборку картофеля, но он смог восстановиться. После первого курса последовала трехлетняя служба в армии. Вернувшись, он чувствовал себя чужим среди юных первокурсников. Помог случай: сестра Евгения Евтушенко продала ему за небольшие деньги джинсы брата. В этой дефицитной одежде Борис почувствовал себя увереннее — детская клятва начинала сбываться.
Рошфор, Трианон и поздняя любовь
Всесоюзную известность актеру принесли роли графа Рошфора в фильме «Д’Артаньян и три мушкетера» и шпиона Трианона в детективе «ТАСС уполномочен заявить…». Популярность была огромной: поклонницы преследовали его повсюду, караулили у гостиниц и однажды даже травмировали его супругу Викторию, оттолкнув ее в толпе на гастролях.
Личная жизнь актера устроилась не сразу, первые два брака быстро распались. В 1975 году он встретил Викторию, которая тогда была замужем. Клюев настойчиво ухаживал за ней целый год. Этот союз продлился 44 года. Виктория спокойно относилась к толпам поклонниц мужа, оберегая их общий дом от лишней суеты.
Сын Алексей рос без участия отца. Парень активно занимался спортом и карате, но ушел из жизни внезапно. Официальной причиной врачи назвали сердечную недостаточность. Сам Борис Клюев верил в это с трудом, зная о крепком здоровье сына, но узнать правду так и не смог.
После громкого успеха в кино наступило десятилетие затишья — режиссеры опасались предлагать новые роли актеру с настолько узнаваемым типажом. Вторая волна популярности пришла уже в зрелом возрасте, когда Клюев сыграл Николая Петровича в ситкоме «Воронины». Зрители искренне полюбили его простоватого и ироничного героя.
В 2018 году у актера диагностировали рак легких. Несмотря на тяжелую болезнь, он выходил на театральную сцена до тех пор, пока оставались силы. Бориса Клюева не стало 1 сентября 2020 года в возрасте 76 лет.
Супруга Виктория Васильевна пережила мужа на пять лет. Она ушла из жизни 28 сентября 2025 года, через два дня после своего 82-летия. Детей в их браке не было. Как говорили близкие, вдова просто не смогла перенести одиночества без любимого человека. Ее похоронили рядом с мужем на Троекуровском кладбище.
Иногда семейные обиды заставляют людей годами скрывать правду, лишая близких возможности исправить ошибки или просто попрощаться. Как вы думаете, можно ли найти оправдание решению оградить отца или мать от участия в жизни собственного ребенка?