Актриса театра и кино Екатерина Климова, которая воспитывает четверых детей, рассказала, что не всегда сдерживается и иногда повышает голос на детей. Разговор прошёл в шоу «Ваша Наташа» с Натальей Подольской.
По словам Климовой, ей бывает стыдно за такие срывы. Она объяснила, что иногда крик, как ей кажется, производит на детей впечатление и «трезвит» их, а иногда становится заменой разговору, когда на него нет времени.
«Мне бывает стыдно, когда я выхожу из себя и начинаю орать. Иногда только это производит впечатление на детей, это их трезвит. Иногда это какая-то необходимость, когда у тебя нет времени поговорить. Дети знают, что я могу наорать».
Климова также отметила, что близкие знают о её вспыльчивости. «Близкие, дети, мама знают, какой мегерой я могу быть. В личной жизни я не научилась прощать, а с детьми это просто, потому что ты безусловно их любишь», — сказала она.
Актриса была замужем трижды, и в каждом браке у неё родились дети. Первым супругом Климовой был ювелир Илья Хорошилов — в 2002 году у пары родилась дочь Елизавета, брак распался в 2004 году. Вторым мужем стал актёр Игорь Петренко, с которым они были вместе с 2004 по 2014 год: в этом союзе родились сыновья Матвей (2006 г.р.) и Корней (2008 г.р.). Третьим супругом актрисы был актёр Гела Месхи — брак длился с 2015 по 2019 год, в 2015 году у пары родилась дочь Изабелла (Белла).
Что это значит для родителей: исследование Питтсбургского и Мичиганского университетов, опубликованное в 2013 году в журнале Child Development, показало, что систематический крик, ругань и словесная агрессия со стороны родителей наносят психике подростков вред, сопоставимый с физическими наказаниями. У подростков усиливаются депрессивные симптомы и возникает всплеск проблемного поведения. Теплота и безусловная любовь родителей в спокойные периоды этот ущерб не нивелируют.
С точки зрения нейробиологии эффект мнимой эффективности крика объясняется так. При резком родительском крике мозг ребёнка воспринимает ситуацию как витальную угрозу: активируется миндалевидное тело, включается реакция стресса. Префронтальная кора, которая отвечает за логику, память и самоконтроль, временно отключается. Поэтому ребёнок замирает или слушается не из-за осознания ошибки, а из-за инстинктивного парализующего страха.
В исследованиях детского развития есть концепция «разрыва и восстановления» контакта (Rupture and Repair), которую разработал Эдвард Троник, а популяризировал детский психиатр Дэн Сигел. Согласно ей, эмоциональные сбои и конфликты случаются регулярно даже в самых здоровых семьях. Для психологической устойчивости и надёжной привязанности ребёнка важна не идеальная невозмутимость родителя, а последующее восстановление связи — признание ошибки и эмоциональная сонастройка.
Психологи, работающие с теорией привязанности и родительским выгоранием, в частности Людмила Петрановская, объясняют такие срывы истощением ресурса самоконтроля и сенсорной перегрузкой. Чувство вины за срыв усиливает родительский стресс и отнимает силы на самоконтроль.
Психолог Екатерина Гудыно отмечала, что ответственность за форму проявления гнева — крик, резкость, грубые слова — лежит на взрослом, и это не отменяет правил и договорённостей с ребёнком.
У Климовой четверо детей: дочь Елизавета, сыновья Матвей и Корней и дочь Изабелла (Белла).