Александра Колкунова появилась на свет 10 ноября 1969 года в Москве — в семье, где сцена была не мечтой, а привычным фоном. Отец, Михаил Колкунов, служил в Театре сатиры, мать, Елена Кайранская-Александрова, — в Театре имени Моссовета. Девочка росла за кулисами, среди декораций и репетиций, и вопрос «кем быть» перед ней даже не стоял. Вряд ли кто-то тогда мог представить, что эту московскую девочку будут знать под прозвищем «русская Эммануэль», а жизнь заставит её трижды начинать всё заново — уже на другом континенте.
Дорога в профессию выглядела предопределённой: Щепкинское училище. Диплом, правда, она так и не получила — образование осталось формальностью, как это часто бывает с людьми, у которых талант идёт впереди корочки. Куда важнее оказалось другое: органичность, отсутствие страха перед камерой и редкая способность быть живой и естественной даже в самых неловких сценах.
На экране она оказалась в шестнадцать. В фильм «Танцы на крыше» её привёл отец — и вот ирония: его самого на роль не утвердили, а вот Сашей заинтересовался режиссёр Виктор Волков. Проб она даже не проходила. Волков посмотрел на неё и решил, что эта девушка украсит картину. Внешность тогда весила больше актёрских данных — особенно когда актриса совсем юная и без опыта.
А в 1985 году она стояла за старым дубом и слышала, как в темноте перешёптываются члены съёмочной группы. По сценарию ей нужно было раздеться перед камерой — не чтобы кого-то шокировать, просто так было написано. Все отвернулись, никто не смотрел. Она сделала то, о чём просил режиссёр, и не догадывалась, что именно эта сцена станет её билетом в профессию, где её будут знать под прозвищем «русская Эммануэль».
После «Танцев на крыше» предложения посыпались одно за другим — и очень быстро стало ясно, чего от неё ждут. Её звали туда, где нужно обнажаться. Многие актрисы тех лет от таких сцен отказывались: для них это было унизительно, шло вразрез с воспитанием. Колкунова не отказывалась. Объясняла просто: раздеться — часть профессии, и если это нужно для роли, значит, нужно. Скромность и сомнения оставались за порогом съёмочной площадки.
В 1988 году она получила первую главную роль — в картине Павла Чухрая «Запомните меня такой», снятой по пьесе Романа Солнцева «Мать и сын». Дальше были «Сын», «Мужские портреты», «Мир в другом измерении», «Неизвестные страницы из жизни разведчика», «Ночные забавы», «Пьющие кровь» и «Ермак». Откровенные роли в боевике «Фанат-2» и детективном триллере «Алмазы шаха» закрепили за ней репутацию смелой и раскрепощённой актрисы.
К середине девяностых Колкунова была одной из самых востребованных актрис страны. Её лицо смотрело с афиш, её звали едва ли не в каждый второй проект.
А потом, в 1996 году, она просто исчезла. Перестала сниматься, перестала выходить в свет, отвечала отказом на предложения режиссёров. Зрители терялись в догадках: заболела? уехала? что-то случилось? Ответ оказался одновременно банальным и невероятным — она вышла замуж за американца и уехала в США. Без прощальных интервью, без объяснений. Пауза растянулась на десятилетия.
Эмиграцию актрисы принято представлять по глянцевому лекалу: особняк в Лос-Анджелесе, съёмки в Голливуде, красные дорожки. У Колкуновой всё вышло иначе. Брак с американцем, по одной из версий, распался быстро; по другой — супруги какое-то время вели совместный бизнес и сохранили деловые и дружеские отношения даже после развода. Так или иначе, Александра осталась одна с маленькой дочерью на руках: без английского, без профессии, которую можно применить на новом месте, без друзей и родных, готовых подставить плечо.
Актёрское прошлое здесь не значило ровным счётом ничего. В Голливуде её не ждали и не знали; кастинги она проваливала один за другим — для американских режиссёров русская актриса без языка и связей была просто ещё одной девушкой с Востока. Она поселилась в хостеле. И это не метафора: она действительно жила в ночлежке для малоимущих, вместе с дочкой. Выручили русскоязычные эмигранты — нашли ей работу в продуктовом магазине. Актриса, которую обожала вся страна, стояла за прилавком и раскладывала товар по полкам.
Потом появился второй муж — этот брак тоже не сложился. Был третий, и он закончился разводом. Три брака — три расставания. И три дочери — три причины держаться на плаву, даже когда опускались руки. В Москву с гордо поднятой головой она не вернулась. Осталась и стала искать что-то новое — без языка, без профессии, без гарантий.
В конце двухтысячных о ней заговорили снова — но теперь это была не актриса, а экстрасенс. Колкунова объявила, что обладает особыми способностями: начала появляться в эзотерических телешоу, давать сеансы исцеления прямо в прямом эфире, вести радиопередачи, где снимала со слушателей порчу и сглаз. Волосы она перекрасила в тёмный, сменила стиль — и стала напоминать героиню мистического сериала, а не звезду советского кино.
Это приносило доход. Настолько, что она открыла сеть эзотерических салонов в США и Канаде — не один кабинет, куда приходят за снятием порчи, а целую сеть. Получила гражданство, расширила дело, начала делать амулеты на заказ, проводила личные сеансы, участвовала в жизни русской общины, давала интервью местной прессе, появлялась на ток-шоу. Её медийная деятельность как экстрасенса строилась вокруг русскоязычных телеканалов в США, таких как RTVI и NTV-America, и колонок в эмигрантской прессе. По некоторым данным, она даже рассматривала возможность открыть филиал салона в Москве — и проводить сеансы во время визитов в Россию.
Фраза, сказанная ею во время одного из визитов в Россию, пожалуй, лучше всего описывает её состояние:
«У меня счастливая жизнь. Зачем мне что-то менять, если всё складывается хорошо?»
В Москву она продолжала приезжать — навещала маму, родственников, друзей. Но после того как в 2019 году не стало Елены Кайранской-Александровой, актрисы Театра имени Моссовета и известного мастера художественного слова, визиты стали реже. Навсегда возвращаться в Россию Александра не собирается: её жизнь теперь там, в Америке, — с дочерями, с бизнесом, с новой идентичностью.
В кино она больше не снимается: её фильмография осталась в прошлом. Сегодня Александра Колкунова живёт в США с дочерями и своим делом. По сообщениям, никто из трёх её дочерей не пошёл по актёрским стопам матери, бабушки и дедушки.
Сменить профессию, страну и образ жизни — уже смелость, а у Александры Колкуновой таких разворотов было несколько. А что помогло бы вам начать всё заново, если бы привычная жизнь однажды перестала работать?