Оценки за поведение в школах: эксперт объяснил, чего ждать родителям

С 1 сентября 2026 года в российских школах начнут выставлять оценки за поведение. Эта инициатива Минпросвещения вызвала разные мнения: одни видят в ней возврат к советской практике, другие — попытку решить проблему школьной дисциплины. Эксперт по социологии образования Даниил Александров рассказал «Ленте.ру», как новые оценки могут повлиять на отношения в школе.

По словам профессора ВШЭ, введение оценок за поведение не связано с желанием возродить советскую школу, а является ответом на кризис дисциплины. «Школьная жизнь становится все менее управляемой, дети — более непослушными, а родители — более агрессивными по отношению к школе», — отметил Александров. Он добавил, что оценки за поведение существуют во многих странах, таких как Италия, Германия, Норвегия и Япония, а недавно их отменили во Франции.

В Италии, например, оценка за поведение — это отзыв о компетентности ученика как гражданина, учитывающий не только дисциплину на уроках, но и общее гражданское поведение. Школам разрешено самим определять критерии, а часто заключается «соглашение о совместной ответственности» между учеником, родителями и школой. Если оценка ниже 6 из 10, ученика могут не перевести в следующий класс.

Александров упомянул и опыт Швеции, где после попытки вернуть оценки за поведение в 2019 году, несмотря на желание снизить уровень девиантного поведения, учительская ассоциация выступила против, и оценки так и не ввели. Исследователи в Германии также не нашли эффекта отмены оценок за поведение на важные образовательные показатели.

«Стремление ввести оценки за поведение — явление международное и с советскими традициями напрямую не связано. Это скорее общий принцип, к которому прибегают разные страны, пытаясь справиться с кризисом дисциплины. Характерно, что часто инициатива исходит от политиков, в то время как сами учителя — те, кто работает с детьми, — относятся к ней скептически», — пояснил эксперт.

Он подчеркнул, что разделение на «Запад» и «Восток» условно, и речь идет об общемировом опыте. Российская особенность, по мнению Александрова, заключается в стремлении сделать что-то обязательным для всех, в отличие от стран, где образовательные вопросы решаются на региональном уровне. «У нас же — единые контрольные, единые программы. Такая унификация — наследие, и она хуже, чем некоторая степень свободы на местах, даже если она приводит к ошибкам. Потому что лучше местные ошибки, чем всем нам вмененные федеральные», — считает он.

Говоря об эффективности оценок за поведение, Даниил Александров выразил сомнение, что они улучшат дисциплину. Он согласился, что «честь и достоинство российского учителя, в общем-то, попраны», но считает, что оценки за поведение не решат эту проблему. По его словам, причиной являются низкие зарплаты, формальные нагрузки и негативное отношение родителей, которые готовы жаловаться во все инстанции.

«В такой атмосфере новый инструмент не сработает — он лишь станет еще одним поводом для конфликта», — предупредил социолог. Он также отметил, что учителя и так неявно учитывают поведение при выставлении текущих оценок, и избавиться от этого можно только перейдя к системе стандартизированных тестов, что имеет свои недостатки.

«Оценка сама по себе мало что говорит ученику», — считает Александров. Он подчеркнул важность формативной обратной связи — конкретных советов и комментариев, а не просто цифровых оценок. По его мнению, даже при выставлении оценок за поведение вместо простого снижения балла было бы эффективнее написать короткий отзыв о конкретных проступках.

Эксперт также коснулся темы «очистки» старших классов и возможного перераспределения учеников в колледжи. Он считает, что переход в колледжи — это правильная тенденция, так как не всем нужна перегруженная программа старшей школы. «Детей, у которых есть разные сложности в обучении, очень много. А в нашей системе их всех стригут под одну гребенку. Это неправильно», — заключил он, сравнивая ситуацию с гибкими образовательными системами в Германии.

В завершение Даниил Александров отметил, что современная школа с конца XVIII века создавалась как инструмент воспитания граждан. «Поэтому сама суть школы как института — это гражданское воспитание, а не просто преподавание предметов», — сказал он. Однако, по его мнению, повсеместное обязательное внедрение идеологической составляющей часто приводит к ее формализации и «выхолащиванию».