Иллюстрация к материалу: Кудри вместо Слова пацана: зачем подростки делают химическую завивку
Сентябрьские фотографии с линеек в этом году у многих родителей вызывали один и тот же вопрос: что происходит с волосами у мальчиков? Белые рубашки, серьёзные лица — и кудри. Причём не у одного-двух, а почти у всего класса.
Причина оказалась бытовой и вполне конкретной: химическая завивка в салоне. Не бунт и не случайность, а заметная мода — со своими названиями, историей и объяснениями.
В одной семье пятнадцатилетний девятиклассник долго не отвечал на простой вопрос: что подарить к началу учебного года. Когда ответ всё-таки прозвучал, взрослые растерялись. Химическая завивка. В салоне. На голове.
Выяснилось, что почти все мальчики в классе уже обзавелись кудрями, а Никита (имя изменено) оставался чуть ли не последним прямоволосым. На фотографии с праздничной линейки — прекрасные юноши в белых рубашках, милые кудряшки, серьёзные лица. У некоторых волосы такой длины, что ещё немного — и можно плести косы.
Мама Никиты рассказывает об этом с гордостью: «Три часа почти отсидел в парикмахерской с бигудями, не пикнул! Потому что все друзья до него уже отсидели».
А ведь от старшеклассников ждут совсем другого. Когда взрослые рассуждают, чего сегодня хотят российские подростки и к чему стремятся, в голове всплывают сцены из «Слова пацана» — кровь на асфальте, «чушпан» и всё такое. Реальность скромнее: старшеклассник сидит под сушуаром, у него схватывается химия.
Ничего принципиально нового подростки не изобрели — просто родители узнали об этом последними. В англоязычном мире причёска получила сразу несколько названий:
Принцип примерно один: по бокам волосы короче, сверху — объёмная шапка кудрей, часто падающая на лоб. Если собственных кудрей природа не выдала, естественность «создаёт» парикмахер.
Ещё в 2024 году GQ называл «брокколи» практически определяющей причёской поколения зумеров. Разгон моде дали короткие видео: во время пандемии подростки экспериментировали с волосами дома, а потом ролики с превращением прямоволосых мальчиков в кудрявых начали собирать просмотры. Свою роль сыграли блогеры, музыканты и корейские группы BTS и Stray Kids — корейская завивка дала более мягкую версию той же моды. К концу 2024 года британская Guardian писала о мальчиках, которые буквально выстраиваются за завивкой в очередь.
Для поколения бабушек такая причёска — почти как химия времён Аллы Пугачёвой. Сами подростки видят в ней совершенно мужскую и современную стрижку.
В российских соцсетях родители переживают собственный культурный шок. Одна мама не стала публиковать фото, потому что сын против, но призналась: когда он наконец подстриг свои патлы, соседи его не узнали.
Другая уже сдалась. У её подростка волосы густые и кучерявые, почти афро-блонд. В прошлом году она взяла его обманом и подстригла, а в этом — уже нет. Ходит как одуванчик. Полевой, лекарственный.
Третья рассказывает про 18-летнего сына: он ещё и укладку делает, полчаса занимает ванную, а потом выходит и говорит, что волосы уже ложатся не так — видимо, пора менять средство.
Заметили родители и смену поколений. Раньше из ванной раздавался крик про пропавший бритвенный станок. Теперь оттуда же спрашивают, не трогали ли стайлинг.
За внешним единообразием стоит совершенно нормальная психология. Исследование, опубликованное в Child Development, экспериментально изучало конформность подростков. В нём участвовали 250 детей, средний возраст — около 13 лет. У мальчиков обнаружился особенно любопытный эффект: подстраивание под популярную, высокостатусную группу было связано с более сильным ощущением принадлежности к ней и через это — с более высокой самооценкой.
Проще говоря, взрослый видит двадцать одинаковых кудрявых голов. Подросток в этот момент чувствует: «Я свой». Есть и отдельная работа именно о мальчиках-подростках: при более сильном влиянии сверстников они чаще занимались разными практиками ухода за внешностью. То есть расхожее «мужчине всё равно, как он выглядит» научными данными не подтверждается.
Психолог Елена Ильина объясняет: «В пятнадцать лет причёска — это не только волосы. Это одновременно способ выделиться из мира взрослых и не выделяться из своей компании».
Для родителей здесь кроется кажущееся противоречие: ты же хочешь быть индивидуальностью — почему тогда выглядишь, как все друзья? Для подростка противоречия нет. Он хочет быть не таким, как мама и папа, но таким, как значимая для него группа. Внешний код в этом возрасте сообщает окружающим: я принадлежу к вам. Поэтому попытка насильно остричь подростка может восприниматься гораздо болезненнее, чем взрослому кажется.
Исследования социального давления из-за внешности показывают: школьная и классная норма становится особенно значимой примерно в 7–9 классах. То есть ровно тогда, когда родителям начинает казаться, что их ребёнка подменили существом, которое два часа укладывает чёлку.
Мастера в происходящем ничего удивительного не видят. Парикмахер Татьяна объясняет, что запрос у мальчиков сейчас не просто «сделайте кудри» — нужна совершенно определённая форма:
Иногда подросток приносит десять фотографий, которые маме кажутся одинаковыми, а для него между ними — огромная разница. И да, мальчики спокойно выдерживают длительную процедуру: если подросток пришёл за результатом, три часа его не пугают. Сложнее порой убедить маму не просить убрать хоть сантиметра три.
Другая парикмахер в обсуждении под видео подтверждает то же самое: дело не в том, что мастера филонят и клацают ножницами в воздухе. Стрижка идёт под тотальным контролем, каждая прядь утверждается. На днях приходил такой парень: полгода не стригся, отращивал — там косить можно было. Убрали сантиметр: клиент в восторге, мастер в прострации.
Некоторые мамы уже дошли до стадии принятия. Одна напоминает, что мода ходит по кругу каждые 50 лет. Другая подбадривает: держимся, ещё пару лет — и станет легче. Наверное.
А одна сформулировала почти манифест нового времени: «Да и пускай. Главное, чтобы не вонял».
Пожалуй, это и есть самый разумный итог межпоколенческой дискуссии. Пусть ходят кудрявые. Волосы отрастут, химия распрямится, «брокколи» когда-нибудь выйдет из моды. А фотография девятого класса останется навсегда — и лет через тридцать нынешний Никита будет смотреть на неё и в ужасе спрашивать собственного сына, что у того на голове.
Если ваш подросток просит записаться на завивку, за этим обычно стоит не бунт и не лень, а желание быть своим в компании. Согласитесь, не худшее желание в пятнадцать лет.
А у вас дома кудри уже появились или пока держится прямоволосый фронт?
