В Питер! С грудным ребенком

Мы с мужем живем в Москве. И, о чудо! Отдельно от родителей. Правда ипотека съедает львиную долю нашего бюджета, поэтому о путешествиях остается только мечтать.

Но недавно случилось чудо: муж пришел с работы и объявил, что его отправляют в Питер на три дня на конференцию.

Сперва я очень расстроилась – я давно мечтала съездить в культурную столицу, но все как-то не получалось. А тут… муж едет, а я опять сижу дома. Но мой Игорь – просто чудо! Взял нас с собой — мы едем в Питер всей семьей. Немедленно надо позвонить маме, а то она может, не дозвонившись до меня приехать через всю Москву. А мало ли что бывает со связью в дороге.

— Мамочка! Мы послезавтра с Игорем уезжаем в Питер!

— С ума сошли! А как же Кирочка?

— Мама, мы всего на три дня. Кира на ГВ. Что с ней будет? И не заметит ничего!

— Говори по-русски, пожалуйста. ГВ, мг понапридумывали!

— Мама, — начиная злиться, говорю я, — Кира до сих пор сосет грудь.

— Правильно делает, — как всегда не дослушав, перебивает мама.

— Поэтому, — я стараюсь быть терпеливой, — с Кирой все будет нормально.

— Может, оставите ребенка мне? — робко просит мама.

— Мама! Она — на ГВ! — отрубаю я и отключаюсь.

Несмотря на этот маленький инцидент с мамой, сборы в дорогу прошли на высоком эмоциональном подъеме. Долго выбирали вид транспорта. Компания рекомендовала Игорю лететь самолетом. ✈️ Самолет – это хорошо. Всего час – и ты в Питере. Но как представишь, все заморочки, связанные с посадкой: один контроль, второй. Там разденься, там сними обувь, там оставь воду. И доказывай потом, что вода — для ребенка. Да и вещей с собой, даже на три дня для малышки набралось целое приданое. Поэтому, наш выбор был – высокоскоростной электропоезд. Если пересчитать с учетом времени, потраченного в аэропорту на посадку-высадку, 4 часа на электропоезде — это очень даже немного. В пользу поезда еще было то, что там можно встать и походить хоть немного.

✔️ И вот, мы в поезде. Он похож на салон самолета, только просторнее. Поезд стал набирать скорость, за окном замелькали деревья. Я взглянула на информационное табло:

— Игорь! Мы едем со скоростью 250 км/час!

— Ага, прямо, как самолет на взлете, — Игорь выглядел счастливым. Как дитя малое, он давно мечтал прокатиться на скоростном поезде.

— Как там наша малыша? — поинтересовалась я, заглядывая в рюкзак для переноски детей, который Игорь не снял даже в поезде.

— Всё норм! Пусть спит!

— Тебе неудобно, сними рюкзак.

✔️ Игорь только отмахнулся от меня. Я успокоилась и стала смотреть, как на огромной скорости мимо нас проносится лес. Картина завораживала.

Внезапно раздался плач ребенка. Даже не плач, а писк. Я кинулась к Кире.

— Да успокойся ты, — осадил меня муж, мы не одни здесь такие. Действительно, плач раздавался откуда-то спереди. Убедившись, что Кира спит, я прогулялась по вагону. Ближе к началу вагона сидела женщина, она кормила из бутылочки кроху, по виду помладше Киры.

— Ну что там? — поинтересовался муж, когда я вернулась.

— Да ну, — пренебрежительно махнула я рукой, — представляешь, ребенку месяца 2-3, а он уже искусственник!

— Да ладно, — удивился Игорь, — может, у матери молока нет.

— Да там, похоже, мать-кукушка. Ребенок вроде с бабушкой едет.

— Зачем ты так, — Игорь посмотрел осуждающе, — мы же не знаем, какие у людей обстоятельства. Но тут заворочалась Кира, и Игорь переключил все внимание на неё. Вот что в поезде не очень удобно, и мы об этом заранее не подумали, так это менять подгузник. Но, вдвоем мы с этой задачей справились, и Игорь торжественно вручил мне дочь:

— Корми!

Вот что мне нравится в современном мире — есть масса удобных вещей для мамочек. На мне была надета как раз такая специальная кофточка для кормления в общественном месте. Пелеринка сверху прикрывает грудь, и ребенок кушает, и ты грудью голой не светишь. Классная вещь.

Кира жадно присосалась к груди. Сделав пару глотков, обиженно выплюнула и заорала на весь вагон.

Я не понимала, что происходит. Грудь полная молока — я это чувствую, дочь голодная, а есть отказывается.

Самое ужасное в этой ситуации — мы находимся где-то на полпути между Москвой и Питером, ехать ещё два часа. И потом, пока доберемся до отеля, пока найдем детское питание. Что делать? Кира орала, как сирена. Остальные пассажиры стали на нас недовольно оглядываться. Я совала дочери то один сосок, то другой. Все повторялось. Жадно схватив сосок, дочь его тут же выплевывала и заходилась истеричным воплем. Вся одежда, моя и Киры была залита молоком, но вовнутрь ничего не попало. Я с трудом понимала, что происходит. Игорь забрал ребенка и начал переодевать её в сухое. У него это плохо получалось, сиденье было маленькое, дочь крутилась и орала.

— Давайте, я вам помогу, — раздался рядом спокойный голос. Уверенные руки приподняли малышку, Игорь сумел втиснуть её в сухой комбинезончик.

— Что у вас случилось, — спросила женщина, которую я только что критиковала за искусственное вскармливание.

— Не знаю, — растерянно прошептала я, — я уже ничего не знаю. Она, — кивок в сторону Киры, — вдруг ни с того ни сего перестала брать грудь.

— Бывает, — усмехнулась женщина, — может ты выпивала вчера или съела чего острого?

— Да вы что! — возмутилась я. — Я специалист по грудному вскармливанию. Я курсы специальные проходила! Я буду кормить свою дочь минимум до года.

— Человек предполагает, а бог располагает, — проговорила женщина.

— На, попробуй, — протянула она Игорю бутылочку со смесью, — не бойся, это у нас чистая, запасная бутылочка.

Игорь дал бутылочку малышке, она стала жадно глотать, захлебываясь.

— Что вы делаете! Не смейте кормить мою дочь всякой дрянью! На смеси у детей бывает аллергия.

— А ты хочешь, чтобы твой ребенок орал от голода до самого Питера?

— Нет, — обреченно сказала я, — но вдруг аллергия?

— Не бойся. Это молочная смесь. Моему внуку три месяца и он нормально её переносит.

— Часто ездите в Питер?

— Нет, часто ездим в Москву. А в Питере мы живем.

— А где его мама?

— Мама? Не поверишь, мама у нас балерина. В Мариинке пляшет. Как месяц ему исполнился, сразу на работу вышла. Там так, если в декрете год или полтора сидеть, место потеряешь и квалификацию.

— А в Москву зачем ездите?

— Так сын у меня там. Работает по контракту. Вот мы и живем с Ванечкой на два города.

— Весело! — хмыкнула я.

— Пойди переоденься, — муж протягивал мне сухой пуловер. Кира опять мирно спала, на этот раз у него на руках.

Взяв пуловер, я побрела в туалет. Сняла залитую молоком одежду, стала умываться. Руки все липкие от молока! Капля молока нечаянно попала мне в рот. Что за вкус? Не может быть! Я лизнула руку — сомнения не оставалось — молоко стало другим на вкус. Так вот почему орала Кира. Но этого просто не может быть! Я тщательно слежу за своим питанием.

Задумчивая, я вернулась на свое место. Поезд приближался к Питеру.

Женщина с мальчиком остались сидеть рядом с нами.

— Что-то случилось? — участливо поинтересовалась она.

Я рассказала ей про внезапно изменившийся вкус молока. К моему великому удивлению, женщина расхохоталась:

— Так вот, оно в чем дело! — успокоившись, сказала она, — ну поздравляю, у вас будет ребенок!

— У нас уже есть ребенок! — вмешался Игорь.

— Молодые люди, у вас будет второй ребенок.

— Этого не может быть! — воскликнула я, — на форумах пишут, что если кормить грудью, не забеременеешь.

— Ну, ты такая взрослая, а веришь в сказки, произнесла женщина и начала собирать своего внука. — У тебя новый малыш, вот организм под него и начал перестраиваться. Через день–два молока и вовсе может стать меньше.

— Наш поезд прибывает на Московский вокзал города–героя Санкт–Петербурга, — прозвучало в динамиках.

Женщина направилась к выходу.

— Подождите, — кинулась я вслед, — скажите, как смесь то называется. Похоже, мы становимся искусственниками.

Нуппи Голд. На, держи, — она вынула из сумки распакованную фиолетовую пачку с нарисованным пингвином, — на первое время хватит, пока сами не купите.

— Пингвин нам! — произнес мой муж, — он сидел в кресле с нашей дочерью на руках и бессмысленно ухмылялся, — наверное, уже представлял себе нашего сына.

Загрузка ...